По иронии судьбы, мерцание многочисленных красных огоньков придавало рубке вполне жилой и даже уютный вид. Можно было подумать, что помещение освещено мирным пламенем походного костра. Но людям, чудом пережившим аварию своего корабля, было не до романтических ассоциаций. «Рэйден» доживал последние часы. Хартвэлл отдал приказ выдать спасательные скафандры и приготовиться к эвакуации личного состава. Но агония корабля все еще продолжалась. «Рэйден» швыряло как щепку из стороны в сторону, затрудняя действия и без того измученных людей. На экранах дисплеев появлялось все больше красных огоньков, свидетельствующих, что роковая минута неумолимо приближалась. Трещина в обшивке продолжала увеличиваться.

В этих условиях Хартвэллу не оставалось ничего другого, как отдать приказ о немедленной эвакуации экипажа.

Звук аварийной сирены прокатился по уже безжизненным коридорам корабля. Двери, остававшиеся открытыми, автоматически захлопнулись. Одновременно сработала система принудительного десантирования всех вспомогательных и грузовых судов. «Грифам» пришлось покинуть доки независимо от степени их готовности к предстоящему старту. В считанные минуты капитанская рубка опустела. Хартвэлл покинул ее последним и бегом направился по коридору, ведущему в отсек, где размещались спасательные боты. Ворвавшись в помещение, он быстро пересчитал собравшихся в нем людей, уже одетых в спасательные скафандры. Отдав последние распоряжения, капитан занял свое место в боте. С лязгом захлопнулась массивная дверь, и раздался характерный свистящий звук, когда разомкнулись створки корпуса и давление воздуха вытолкнуло маленькие суденышки в открытый космос. Автоматически включившиеся реактивные двигатели отбросили бот от гибнущего «Рэйдена».

Сквозь бортовой иллюминатор Хартвэлл наблюдал за агонией корабля.

Большинство десантных судов успело удалиться на безопасное расстояние, и лишь одно из них оказалось захваченным вышедшим из-под контроля манипулятором «Рэйдена».